Над городом, задуманным Петром Великим и построенным по его приказу, – три парящих символа: ангел на шпиле Петропавловского собора, кораблик над Адмиралтейством и планетарная (армиллярная) сфера над Кунсткамерой. Три символа – христианской веры, покорения стихий и постижения Вселенной. И хотя армиллярная сфера была утрачена в пожаре 1747 г. и вновь появилась на башне Кунсткамеры только через двести лет, первый общедоступный музей России, несмотря на все перемены, сохранял дух Просвещения, участвуя по мере сил в грандиозном деле инвентаризации Вселенной, завещанном Петром.
Здания Музея расположены в историческом центре Санкт-Петербурга на стрелке Васильевского острова. Именно в здании Кунсткамеры в XVIII – XIX вв. располагалась основанная Петром Великим Санкт-Петербургская академия наук, которая стала колыбелью современной Российской академии наук, Санкт-Петербургского государственного университета, Библиотеки академии наук, Главной астрономической обсерватории и еще десятков других современных российских научных и музейных учреждений. Недаром изображения здания Кунсткамеры являются логотипами не только нашего Музея, но и Российской академии наук в целом.
Комплекс зданий, в котором располагается Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН – МАЭ РАН, это историческое здание Кунсткамеры и пристроенный к нему в XIX в. так называемый «Музейный флигель». Основное здание Музея антропологии и этнографии – выдающийся образец барокко петровской эпохи. Это самое старое музейное здание в мире.
Фрагмент дерева, которое росло на месте здания Кунсткамеры. Выбор места для нового здания, по преданию, был сделан непосредственно Петром I. Его внимание привлекли две сосны, росшие на диком берегу Невы. Петр приказал осторожно срубить эти деревья с причудливо переплетенными и вросшими в ствол сучьями, а наиболее курьезные части их передать в Кунсткамеру. Этот один из самых ранних экспонатов Кунсткамеры и сегодня можно увидеть в экспозиции музея. На месте, где росли деревья, было решено заложить фундамент для постоянного здания Музея. Размеры задуманной постройки по тому времени были необычайно велики: длина ее достигала без малого 100 м (97.2 м), а ширина равнялась 15 м. Петр I интересовался состоянием постройки и неоднократно торопил ее окончание. Однако при его жизни здание достроено не было. К началу 1725 г. были возведены лишь стены. Кладка башни, венчавшей здание, и внутренняя отделка были осуществлены Академией уже после смерти царя-реформатора.
Первоначальный проект здания был составлен архитектором Георгом Иоганном Маттарнови, начавшим постройку, но не закончившим ее (1718–1719). После смерти Маттарнови работами руководил Николай Федорович Гербель (1719–1724), несколько видоизменивший проект. Так, оконные проемы украшались кирпичной кладкой, что выглядело богаче, но не соответствовало тому, что было на первоначальном чертеже. Нижний остов башни из двухэтажного стал трехэтажным. При Гербеле здание было выстроено вчерне, с незаконченной башней, в кладке которой появились угрожающие трещины.
Сменивший Гербеля итальянский архитектор Гаэтано Киавери (1724–1727), обнаружив дефекты в башне, настоял на создании комиссии, в которой приняли участие известнейшие архитекторы того времени Доменико Трезини, Михаил Земцов и ряд других зодчих. По предложению комиссии башня была разобрана. Г. Киавери составил новый проект оформления здания. Облик всей башни резко меняется. Нижняя объемная часть становится выше. Вместо четырех павильонов вокруг цилиндра башни появляется легкая колоннада. Высота цилиндрической части башни увеличивается. Наконец, башня увенчивается вышкой с установленной на ней астрономической (армиллярной) сферой.
Вид на Кунсткамеру и дворец царицы Прасковьи Федоровны со стороны Невы. Деталь гравюры Перспектива вниз по Неве реке между зимним его Императорского Величия домом и Академией наук. Г.Качалов по рисунку М. Махева. 1750—1751 гг. Указанный вариант оформления башни является последним из нескольких выполненных Г. Киавери по требованию известного астронома Делиля, приглашенного Петром для работы в обсерватории. По проекту Г. Киавери над боковыми ризалитами по фасаду со стороны набережной вместо скромной балюстрады появились вычурные барочные ф